незнание не ограничивается беспределом фантазии помогите я застрял не убивай себя и своих друзей ты отличный сутенер требование ананаса исключает формализм самопознания механизмов толкина отвращение испытанное мной не знает границ упование на собственные мысли не приводит к нужному результату самоограничение ответственности успокаивает нервы и придает жизнерадостный блеск глазам ты очевидец и очевидный слесарь своих возможностей твоя пропаганда чувств и эмоций не передерживает твои уставы нормы и традиции бесконечность теллурии вытекает из пространственного мышления ничто не беспокоит открытие ванн и засовов ты не представляешь твою бочку переехал странствующий транспорт открытия и потрясения уповают на господа помогите нам и своему ближнему зарыть своих грехи что бы не беспокоить самих себя что ты сделал я твое творенье я обречен на соискание возможности среди стад и овсов ты не придешь ты укатишься напролом наповал перелом шишковидные стрелы убийства и одиночества неперменно поразят всех нас и прогонят воодушевление как бы то ни было я не намерен терпеть эту сову это неприемлемо и отвратительно гамма излучение твоих ног собирает твой порог и исполняет танец на могилах крыш я повествую о том как начинается посеребрение вязкости вещества и о том что ты обещал быть на месте со своим желтком ты не беспокоишься обо мне и о себе я не стараюсь окирпичить твои мысли стук в голову происходит неожиданно под эгидой новшества если ты не поскребешь я упаду с лестницы вниз вдребезги разбившись напополам увлекательные путешествия вглубь вещей не оставляют нам с тобой свищей шестерни трутся и треплятся на ветру ну а я встаю и моргаю поутру что бы ты сделал если бы не было бога ковригу пожуй и послушай немного я твои мысли на ухе вертел непромокаемый не захотел ты высвобождаешь свое тело изнутри после обещания жить и иссохнуть круги мысли печатают силы и смерть смех водопоя оставил все как есть и что бы было сено треплет вечером полено ветер слышит как я дуюсь катится с горы пандус и коляска твои руки приоткрыли занавес творенья прошелести мне ответы требование прикосновенья ужимки баллады снежинки киклады вещие сны о твоем берегу я нашел на помойке бесплатную мглу растрепались виденья и слышимость есть рыбно киснет печенье и выхода нет низачто не пройти среди убийц камней и воздухоплавательны приспособлений я решил и решился на вечерние выпелски энергий и танцев вокруг костра эпилептический круг доверия и почета выражает препятствие в мои словах тебе я не понимаю нитей происходящего чересчур конкретные образы вызывают зуд и раздражение нервной системы и корячусь и приспосабливаюсь к окружаеющей среде втекая и вытекая из нее наружу что бы застудить свои причины и весомые аргументы разбить и расколоть трещины в трещины зла и породы камней что я забыл меня не касается это касается только нововведений со стороны участников викторины и магии прикосновения чешуя взбалмошности вызывает боль и тошноту видений и мыслей трясучка и встряхивание меркантилизма уводит в сторону синопсис горячки и проводниковых жил требование сверстников о том что ябъдерные ядра уповают в неведеньи теряются среди планет и астероидов запоминание лишнего приводит к мозговому ожирению и способствует развитию сифилиса у животных и рстений что ты надел сегодня улиту илислизняка на свое лицо натянул как шапку и пошел проверять как там стоит милиционер что он делал вчера завтра у твоих ног и каковы его обязанности по отношению к тебе и к себе о чем он думает что он записал каковы скачи его слов в голове делает ли милиционер зарядку стал ли он своей же проекцией в твоей голове кактусы катятся словно камни с помоста в помойке и сразу одичали картины корзины картонки и маленькие собачонки чтобы найти надо пойти и поискать прописная пропись отписной вислоухой истины не заканчивает пробы над телом воспроизведения мышления у молодых людей что является человеком если не я что является октыэдром если не я ты увековечил тыкву на своем носы на своем веку у твоей хромоты всегда есть определенные причины что если ты бык а я орел как бы тем кто надвое не разделен а путешествует в коноэ на запад умолять людей заставил и покои переставил генерал трудов обеда угасающий толеда.